ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава

Принужденная задержка соединения на Збручи позволила германцам собрать гарнизоны и полицейские части Теребовли, Чорткова, Бучача, Монастыриска и других районных центров, отвести их за Днестр к Галичу и поставить в оборону.

Лазутчики сказали, что два полка, которые следовали на фронт, высажены из эшелонов и ориентированы по нашим следам. Не считая того ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава, сосредоточивались войска в районе Станислава. Видимо, противник сообразил, что путь наш ведет к нефтяным промыслам, и сейчас решал все меры, чтоб помешать нам.

– Нужно торопиться. Не позволить германцам сосредоточить большие силы на нашем пути, – торопил Ковпак командиров батальонов и рот. – Сзади себя взрывать все мосты, задерживать фашистов, чтоб ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава не наступали нам на хвост.

– Высадить всех на подводы, – предложил Руднев.

Предложение было принято. Это позволило проходить по 40 5‑50 км в день. Но, как мы ни торопились, противнику удалось закрепиться на правом берегу Днестра в районе Галича и перекрыть мост западнее городка у Сивок.

Первым к реке вышел кавалерийский эскадрон. Уничтожив ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава охранение противника на этом берегу, Ленкин рассчитывал до пришествия рассвета верхом на лошадях прорваться через мост. Ночь – неизменная партизанская союзница – сейчас сыграла злую шуточку. Наездники не рассмотрели, что на середине мост перегорожен рогатками, опутанными колющейся проволокой, и налетели на их. С обратного берега вспыхнула обезумевшая стрельба. Передняя лошадка вкупе с ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава наездником упала на заграждение, жалобно заржала и забилась в предсмертных судорогах.

– Вспять! – скомандовал Ленкин.

Несколько мгновений потребовалось наездникам, чтоб укрыть лошадок за насыпью, а самим вступить в бой.

На помощь кавэскадрону я развернул разведчиков, а скоро подоспела 3-я рота. Заработали пулеметы и автоматы. Огнь вели по вспышкам на обратном берегу ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава. Противник в свою очередь не снижал интенсивности стрельбы. В особенности небезопасным был пулемет, простреливавший мост.

Бой угрожал затянуться до рассвета. А это ничего неплохого нам не обещало. Немцы подбросят подкрепление и постараются удержать мост. Ну и авиация может показаться, а наша колонна в чистом поле. Вот уже три денька ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава преследует нас звено бомбардировщиков.

– Товарищ капитан, разрешите, я угощу фрицев гранатой? – вызвался всесущий отважный старшина разведроты Зяблицкий. – Только прикройте меня огоньком.

– Валяй, – не раздумывая, разрешил я.

– Я с тобой, – проговорил Володя Лапин и, чуток пригнувшись, побежал прямо за Васей.

Лазутчики вскарабкались на насыпь и залегли. Передохнули секунду‑другую и ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава поползли по настилу один у правых, другой у левых перил. На помощь Зяблицкому и Лапину кинулось несколько партизан третьей роты и кавэскадрона. Их увидели немцы и усилили обстрел моста. Но было поздно. На обратном берегу послышались два взрыва, пулемет замолчал. Это Вася и Володя гранатами прикончили его ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава.

– Расчистить мост, – послышался глас Гриши Дорофеева.

– Пулеметчики на месте, другие вперед! ‑ отдал приказ я.

В предутреннем тумане людей практически не видно, но дробный стук каблуков по древесному настилу гласил о том, что хлопцы бегут по мосту. На обратном берегу послышались очереди наших автоматов. Это лазутчики перемахнули через мост ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава. Прямо за автоматчиками перешли на тот сберегал и пулеметчики.

– Посторонись! – услышал я команду Ленкина. Еле успел прижаться к перилам моста, как мимо меня вскачь промчались наездники. Перескочив мост, кав‑эскадрон свернул на лево и по шоссе умчался в сторону Галича.

– Когда они, черти, успели сесть на лошадок? – произнес с удивлением и ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава одобрением Карпенко.

А на мосту уже громыхали наши тачанки. Партизаны садились на первую попавшуюся из их и устремлялись за кавэскадроном. Но разве их догонишь!

По шоссе проехали километра два, а потом свернули вправо в лес. К 5 часам утра шестнадцатого июля вся колонна переправилась через Днестр. Мост подорвали. Часов 5 двигались ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава лесом. На дневку расположились неподалеку от Седлиска. Чтоб не обнаруживать себя, костров для изготовления еды не разводили. Над лесом весь денек летали германские бомбовозы и наобум обстреливали и бомбардировали. Но нас так и не отыскали.

До Карпат оставалось км 70‑во‑70. Это расстояние мы могли просто преодолеть за ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава два‑три перехода. Казалось, что с форсированием Днестра все трудности остались сзади. Наше внимание завлекало зеленовато‑бурое пятно на карте, обозначавшее горы, покрытые лесом.

– Руку протянешь – можно горы достать, – торжествовал Митя Черемушкин.

– Не осторожно протянешь – можешь руку утратить, – предостерег Ковалев.

– А чего тут остерегаться? – не сдавался Митя. – Около тыщи км ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава отмахали и все благополучно, а здесь меньше сотки… Даешь Карпаты! Там развернемся…

– В горах не очень развернешься, – расслабленно произнес прошлый пограничник Алексей Журов. Он только-только возвратился из разведки, тихо подошел и стоял пред нами худенький, длиннющий, с посеревшим от вялости лицом. Партизаны считали его спецом по Карпатам ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава, потому замечание Леши приняли серьезно. Журов поразмыслил и добавил: – Хлебнем мы там горя.

Но горя пришлось хлебнуть еще ранее.

Весь денек по дорогам из Станислава, Калуша, Войнилова и Галича противник на автомашинах подвозил войска и к вечеру перекрыл лес, в каком мы укрылись. Над соединением нависла угроза. Отходить некуда. Единственный путь – вперед ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава к лесному массиву, который носил странноватое заглавие – «Черный лес». Но для этого необходимо было форсировать резвую и коварную реку Ломницу.

Посреди денька на участке обороны третьего батальона и пятой и восьмой рот первого противник повел пришествие, форсировал реку, но был остановлен партизанами. Было решено тут сдерживать противника, а ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава реку форсировать в районе Медыни. Для захвата переправы вперед отправили несколько рот. Не ждя результатов боя, колонна перед вечерком начала растягиваться из леса и сходу попала под артиллерийский обстрел и удары авиации. Появились убитые и раненые. В селе Седлиско вспыхнули пожары. Колонна двигалась рывками, задерживаясь в лесу и стремительно ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава пересекая открытые места. И только с пришествием ночи пошла ровнее.

Четырехчасовой бой ударной группы не отдал хотимых результатов. Три раза изменялось направление удара, но переправу захватить не удалось. Зато прибавилось количество покалеченых.

Противник крепко закрепился на обратном берегу, пресекая все наши пробы переправиться через Ломницу.

Колонна уже ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава больше 2-ух часов, как подтянулась к месту боя и под артиллерийским обстрелом нетерпеливо ожидала команды на возобновление движения.

Головная походная застава в составе главразведки и третьей рот стояла на окраине деревни. Меня волновала неясность положения на переправе. Бой то стихал, то вспыхивал с новейшей силой. Только артиллерия противника снаряд за ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава снарядом посылала в нашем направлении. К счастью, обстрел велся наобум, и мы практически не имели утрат. Но он держал нас в неизменном напряжении.

– Лучше в бою участвовать, чем ожидать, пока тебя прихлопнет снарядом, – ворчал Коля Гапоненко.

И вроде бы в ответ на желание лейтенанта из мглы вынырнул Ковпак с плеткой в ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава руке. Лицезрев меня, он на ходу кратко бросил:

– Приготовьтесь к бою!

Не добившись фуррора ни на одном из направлений, командование решило взять переправу штурмом. Для этого выделялись разведывательная, 3-я, шестая и девятая роты. Управление возлагалось на Вершигору. Поддержку производили два орудия, поставленные на прямую наводку.

Роты тихо вышли к ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава гулкой Ломнице, развернулись на узеньком участке и залегли. Справа от меня Стрелюк, слева Черемушкин… Гляжу на эту буйную реку и думаю, что люд правильное заглавие подобрал реке – Ломница. Она вправду ломится посреди гор и вырывается на равнину, продолжая собственный быстрый бег.

Ждем сигнала, затаив дыхание. Сердечко стучит так звучно ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава, что, кажется, сосед слышит его биение. «Наверно, так у каждого, – размышлял я. – Мыслимое ли дело – штурм! Слово‑то какое! Оно значит – победить неприятеля либо погибнуть. Другого не должно быть. За спиной все соединение. Раз командир решил идти на штурм, означает другого выхода нет… Только бы не вышла задержка ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава в самом начале. Зацепиться за обратный сберегал, а там уж поглядим, чья возьмет!» Еще на фронте мне пару раз приходилось быть очевидцем рукопашной схватки. И всегда гитлеровцы не выдерживали, бежали. Побегут и на данный момент…

– А глубока ли река? – послышался чей‑то торопливый шепот.

– Трусу с головой, а ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава храброму по колено, – пробасил тихо Журов.

Спрашивавший приглушенно хихикнул и затих.

Услыхав этот разговор, я поразмыслил: может быть, тот, кто спрашивал, не умеет плавать, а признаться в этом Сюится, чтоб не посчитали трусом. Как об этом я ранее не помыслил! На миг представился барахтающийся посреди волн бурной реки немощный ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава человек, меня от этой мысли передернуло.

– Передайте по цепи: реку преодолевать, держась за руки, – произнес я Черемушкину и Стрелюку.

– В реке держаться за руки, – полетело, как шорох, на право и на лево и пропало в мгле…

Тягостно ожидание. Ожидаешь считанные минуты» а кажется, проходит целая вечность. В конце концов, потревожив ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава ночь недлинной вспышкой, за спиной грозно гаркнула семидесятишестимиллиметровая пушка – сигнал для начала штурма, – и сразу, как эхо, на обратном берегу реки отозвался разрыв снаряда. Не ждя команды, партизаны вскочили с земли и черной стенкой кинулись в реку. Забыв о собственном же предостережении, я прыгнул с берега в прохладную, обжигающую тело ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава воду и, борясь с резвыми клокочущими волнами, устремился вперед. Но здесь же услыхал глас Черемушкина: «Руку». Вытянув наобум левую руку, наткнулся на автомат Мити и прочно ухватился за него. Справа за мой автомат держался Стрелюк.

Река оказалась неглубокой. Вода доходила до груди, но местами попадались ямы‑водовороты ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава, тогда и приходилось преодолевать их при помощи товарищей. Идти было очень тяжело. Резвым течением вырывало из‑под ног неровное, скользкое, каменистое, загроможденное камнями дно. Партизаны изо всех сил старались резвее выкарабкаться из воды.

За взрывами снарядов и шумом аква потока мы не слышали автоматной и пулеметной стрельбы противника. Но трассирующие пули ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава, пролетавшие над головами, да огромное количество вспышек на обратном берегу напоминали об угрозы.

Когда прошли быстрину реки и до берега оставалось метров 20, командир девятой роты Давид Бакрадзе, перекрывая шум Ломницы, гаркнул своим громовым голосом: «Огонь!» Отпустив автомат Черемушкина и высвободив собственный из рук Стрелюка, я повернул его в сторону ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава противника и сразу со всеми отдал первую очередь. Равнина реки заклокотала от бесконечного гула автоматных и пулеметных очередей. Бредя по пояс в воде, партизаны не прекращали стрельбы. Было надо ошарашить неприятеля.

Вот и сберегал! Дружное «ура» раскатами помчалось по равнине реки и где‑то вдалеке отозвалось ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава эхом. По тому, как стрельба удалялась вперед от реки и в стороны, стало понятным – противник удирал.

– Драпают, драпают фрицы! Ура‑а‑а! – отрадно заорал обычно тихий Павлик Лучинский, посылая очереди в спину гитлеровцам.

Миновав окопы и не обратив внимания на оставленные там пулеметы, мы продолжали преследовать противника, который удирал без всякого сопротивления ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава. Видимо, гитлеровцев испугала грубость партизан.

Через реку переправился кавалерийский эскадрон и темной молнией умчался на лево, намереваясь захватить немецкую артиллерию…

Предоставив право конникам, 6-ой и девятой ротам преследовать остатки гитлеровцев, я повел головную походную заставу по маршруту.

Наступил рассвет. Невзирая на вялость, шли стремительно. Когда стало совершенно ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава светло, нас догнал связной Миша Семенистый.

– Командир отдал приказ захватить переезд на стальной дороге Станислав–Калуш, – произнес он.

– Как колонна? – поинтересовался Черемушкин.

– Переправляется полным ходом. Сидор Артемович и Семен Васильевич даже очень довольны нынешним боем, – отрадно сказал Миша…

– Эх, закурить бы, нет бумажки, ну и портсигар полон воды, – произнес ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава с сожалением Журов, выворачивая кармашки.

– На месте покурим, – отозвался Черемушкин.

– Длительно ожидать – уши опухнут…

– Миша, слетай к Зяблицкому и привези нам махорки, – отдал приказ я связному.

– А я желал остаться с вами, – с огорчением начал было Семенистый, но круто повернул свою неутомимую лошадку и вскачь помчался навстречу колонне ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава.

Миша возвратился ранее, чем мы его ждали. Еще издалече он заорал:

– Сам Миша Иванович Павловский пожаловал

вам скалатские сигары! Получайте.

Партизаны расхватывали сигары, разминали их пальцами, надкусывали и, прикурив, с удовольствием затягивались.

Прямо за Семенистым подлетели две тачанки. На фронтальной восседал ездовой Вершигоры донской казак Саша Коженков.

– Садитесь, с ветерком прокачу! – произнес он ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава, сдерживая быстрых коней.

– А Петр Петрович? – спросил Черемушкин.

– Он верхом на буланом…

Кое‑как на две тачанки втиснул человек 20, оставив с остальными Черемушкина, отдал приказ:

– Трогай, Саша!

Лошадки с места взяли большой рысью. Журов, стоявший на тачанке, во весь глас запел:

Та ишов гуцул з полоныны…

Он пел с ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава душой. Его бархатный глас с особенной торжественностью звучал в это ясное, незапятнанное и удовлетворенное утро. Лазутчики начали подтягивать. Не терпел и я. Нельзя сказать, чтоб от этого песня выиграла. Даже напротив. Но никто об этом не гласил. Каждый считал, что конкретно в его выполнении песня звучит верно ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава. Только Журов, понимавший толк в песне, иронично улыбался и не пробовал разочаровывать незадачливых певцов.

Так с песней мы и ворвались в деревню, расположенную перед стальной дорогой. Белостенные хатки забавно смотрели на улицу окнами, заставленными цветами. Около каждой хаты – садик, обнесенный плетнем либо заборчиком. Улицы пустынные, ни единой души. Мы насторожились ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава. Повскакивали с тачанок. Но когда пригляделись, то нашли обитателей, украдкой выглядывавших из‑за плетней.

– Не страшитесь, мы вас не тронем, – забавно произнес Журов и подморгнул молодице, прятавшейся за плетнем.

Скрипнула калитка, и со двора вышла дама с бесштанным мальчонкой лет 2-ух. Он левой рукою вцепился в подол мамы, а ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава два пальца правой держал во рту и смачно сосал их. Обширно открытые темные, как переспелая вишня, глаза, не мигая, уставились на нас.

Стараясь не испугать малыша, я тихо спросил даму:

– Немцы в деревне есть?

Она негативно покачала головой.

– А полицаи?

– Щэ з вэчэра кудысь повтикалы… Мабуть, од вас, – ответила ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава она тихим грудным голосом и опасливо поглядела по сторонам.

Осмелев, обитатели выходили на улицу, обступали разведчиков, наперерыв предлагали угощения, приглашали зайти в хату. Но мы не могли задерживаться, было надо торопиться к переезду. Нас уже настигала колонна.

На стальной дороге охраны не было. Отослав в обе стороны по отделению, я ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава поднялся на высшую насыпь и стал ожидать подхода рот, которые должны поменять моих разведчиков.

С насыпи отлично было видно разведчиков с Гапоненко и третью роту, которые прошли под виадуком жд моста, поднялись из ложбины на взгорок и уже втягивались в лес.

К переезду подошли главные силы. И здесь‑то ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава оказалось, что я допустил оплошность, направив колонну под мост.

– Подорвать! – отдал приказ Ковпак, указывая на мост.

– После прохождения колонны? – спросил я.

– Сразу, – ответил Сидор Артемович. – А для колонны найдите другой переезд.

Скоро переезд был найден. Колонна взяла чуток правее и пересекла дорогу в другом месте. Подоспели минеры и стали ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава готовить мост к взрыву. Когда же мост был заминирован и шнур подожжен, со стороны Станислава появился самолет‑лазутчик. Он летел низковато повдоль стальной дороги. Видимо, летчик увидел нашу колонну и старался подлететь поближе, чтоб лучше разглядеть. Тогда, когда самолет оказался над мостом, прогремел взрыв. Взрывной волной самолет пару раз ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава качнуло из стороны в сторону. Но летчик выровнял машину, развернулся и, дав полный газ, улетел назад.

– Как его передернуло, точно в судорогах, – с детским азартом заорал Семенистый.

– Чуток бы пониже летел, спикировал бы вкупе с мостом…

– Сейчас, хлопцы, ожидайте «юнкерсов» либо «мессеров», – уверенно произнес Варшигора и отдал приказ ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава поторопить колонну.

И звено «мессеров» появилось. Колонна основных сил уже скрылась в лесу, и фашистские стервятники обвалились на арьергард, начали бомбардировать и обстреливать из пулеметов. Самолеты не отставали до того времени, пока последняя партизанская подвода не вошла в лес. Ну и после чего еще длительно кружились над лесом ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава. В итоге налета авиации мы утратили 1-го партизана и 30 лошадок.

Темный лес! При первом знакомстве недоумеваешь, почему такое странноватое заглавие? Напротив, он очень зеленоватый. Но колонна медлительно вползает все поглубже в лес. И необычное дело, твое мировоззрение изменяется. Чем далее идешь по заброшенной, сырой дороге с прогнившими мостиками ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава, тем темнее становится. Тяжело веровать, что на данный момент 10 часов утра. Ветки могучих грабов и сосен сплетаются высоко над нашими головами и не пропускают солнечных лучей. Меж грабами и соснами тянется к свету густая юная поросль. В лесу сыровато и прохладно, как в глубочайшем погребе. Всю эту темную картину ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава дополняет прелый запах перегнившего бурелома. И все же лучше было бы именовать лес не «Черным», а «Дремучим».

Но, вроде бы лес ни именовался, какой бы он ни был, какое бы воспоминание ни создавал, никто из партизан не сожалел, что он встал на нашем пути. Напротив, радовались ему, как спасителю. Тут ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава мы могли отдохнуть, расслабленно передвигаться деньком, не боясь авиации. Вот и на данный момент повдоль и поперек над лесом с злостным воем пролетают фашистские самолеты, но все впустую. Нас укрывает лес. Нет, мы признательны Черному лесу!

Расположились неподалеку от лесничества Забуй. Все рассчитывали на 2-ух‑трехдневную передышку. В отдыхе нуждались ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава не только лишь люди, да и лошадки. Ну и погода испортилась, небо обложили тучи и по листьям деревьев застучали капли дождика.

Но наши надежды не оправдались. Из разведки возвратились группы Гапоненко, Осипчука и Мычко. Сведения, которые они добыли, не утешали нас. В ближайших населенных пт, расположенных южнее леса, немцы ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава сосредоточили большие силы. Журов и Чусовитин прогуливались в разведку к горам. Достигнули Манявы и целый денек просидели в кукурузе, следя за передвижениями германцев. В Маняве противника не было, а в Россульне и Красноватом укрепилось до 2-ух батальонов гитлеровцев… Обстановка добивалась незамедлительного выступления на марш.

Из Темного леса ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава двинулись несколькими маршрутами. 3-ий батальон Матющенко и три роты первого батальона, под командованием Бакрадзе, получили задание разгромить германские гарнизоны в Красноватом и Рассульне. Колонна основных сил, минуя Рассульну, пошла на Солотвин и Маняву, за которыми черной полосой вырисовывался лесистый горный кряж. Тут начинались отроги Карпатских гор.

1-ые Деньки В ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава ГОРАХ

Дождик закончился, но небо по‑прежнему было затянуто сплошными тучами. До черноты черная ночь. Ни единой звезды. Колонна двигалась медлительно, нередко останавливалась. Впереди лазутчики прощупывали дорогу, ворачивались, тогда и колонна возобновляла движение. Взгляды и слух всех партизан прикованы на право, куда ушли Матющенко со своим батальоном и Бакрадзе с ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава 3-мя ротами. От того, получится ли им выполнить возложенную на их задачку – разгромить гарнизон в Рассульне, – зависел фуррор марша. Если же противнику получится избежать разгрома, то он отойдет на юг, займет оборону в предгорьях, преградит нам путь в горы, а оттуда его вышибить будет не так‑то просто.

– Справа ракета! – выкрикнул Костя ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава Стрелюк, хотя и так ее увидели все партизаны.

Мы застыли на месте. Справа и чуток впереди, мигая, понижалась ракета. Она еще не успела догореть, а наш слух выудил нередкие взрывы гранат и ясную дробь автоматов. Прислушавшись, Карпенко произнес:

– По почерку узнаю, Бакрадзе действует.

Мы знали, что там размещается батальон ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава СС со штабом полка, и ожидали упрямого сопротивления. Но, судя по звукам боя, противник практически не отвечал. Протарахтело только несколько очередей германских пулеметов. Видимо, Бакрадзе навалился на германцев в один момент.

Я подал команду начать движение. Когда колонна тронулась, справа послышались артиллерийские выстрелы.

– Сволочи, начинают огрызаться, – со ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава злостью в голосе произнес Журов.

Артиллерийская стрельба скоро закончилась. Слышались только одиночные винтовочные выстрелы и редчайшие недлинные автоматные очереди. Похоже было, что партизаны доколачивали остатки германского гарнизона.

Я шел с разведкой и третьей ротой в головной походной заставе. Впереди нас шел взвод Гапоненко. По колонне передали распоряжение – ускорить ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава движение.

Обогнув Рассульну, мы вышли на неплохую дорогу и, не дожидаясь финала боя, устремились на юг. Далековато справа вспыхнул большой факел, за ним 2-ой, 3-ий… Запылали 1-ые нефтяные вышки.

Незадолго до рассвета подошли к Солотвину. Тихо переехали по мосту через Солотвинску Быстрицу и вошли в населенный пункт. В это время впереди, куда ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава ушел Гапоненко, вспыхнула перестрелка. Поторопились на помощь.

Судя по стрельбе, противника было меньше роты. Но он занял три кирпичных строения, расположенных на перекрестке, и держал под обстрелом улицу. Автоматным огнем выкурить их было нелегко, а артиллерию для этого не хотелось разворачивать.

Подошел Кульбака с ротой собственного батальона. На его ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава долю выпала задачка завладеть почтой. 2-ой дом перекрыла 3-я рота. Разведроте было надо убить противника в одноэтажном коренастом домике, обнесенном частоколом.

Ведя огнь из автоматов по окнам и двери, мы приблизились к дому с намерением забросать гранатами. Но сделать это нам не удалось. Дверь была очень. крепкая, окованная железом ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава, а на окнах – железные решетки. Ни с какой стороны не подберешься.

– Сдавайтесь! – предложил Черемушкин.

В ответ выстрелы. Стоит закончить обстрел окон, как сразу оттуда гитлеровцы высовывают дула винтовок и автоматов и отстреливаются.

Попробовали забросить гранаты в окна, но они ударялись о решетки, отскакивали и рвались. Лазутчики со ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава злобой строчили по окнам. Сопротивление фашистов становилось все слабее. Видимо, посреди их были убитые. Что делать? На почте уже хозяйничают партизаны, выведен из строя узел связи, подорваны электрическая станция и лесопильный завод. Наступил рассвет, а мы никак не справимся с десятком фашистов. В конце концов немцы закончили сопротивление. Несколько разведчиков пошли ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава разбивать дверь, а я с Черемушкиным, Мычко и еще 2-мя товарищами тормознул метрах в 10 от дома. Стоим, разговариваем, вдруг что‑то больно ударило меня по левой ноге. Посмотрев вниз, я просто остолбенел: у моих ног шипела германская лимонка с длинноватой древесной ручкой. 1-ая идея – схватить и ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава откинуть. Но можно не успеть. Удирать тоже поздно. Размахнувшись ногой, стукнул по гранате, чтоб откинуть ее в сторону. И в этот миг прогремел взрыв. В очах ночь, в ушах шум. Стою и думаю, живой я либо нет? Протер глаза, открыл – лицезреют. Переступил с ноги на ногу – держат, даже боли не ощущается. Поглядел ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава на ноги – нагие! Волшебство! Случиться же такому! Лимонка взорвалась на самой ноге и ни 1-го сурового ранения, только штаны и кальсоны исполосовало на лоскутки. Один срам! Правда, уже в горах из левой ноги я извлек около 10-ка маленьких осколков, впившихся в кожу. Другие мои товарищи вообщем не пострадали.

– Если ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава б наша «лимонка» рванула – никто бы из нас не остался цел, – с гордостью за свое орудие произнес Мычко.

– Еще живые, гады, кусаются! – разозлился Митя.

Он отогнал от дома товарищей, подложил под дверь связку гранат и скрылся за углом. Взрывом сорвало дверь. Черемушкин забросил еще гранату в дом и ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава сразу после ее взрыва ворвался туда с автоматом. Прямо за ним кинулся Мычко. Через пару минут с фашистами было покончено. К нашему огорчению, в доме было всего девять человек с ручным пулеметом, автоматами и винтовками.

Всего же в Солотвине было около 30 гитлеровцев. Ни одному из их не удалось бежать ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава.

Путь был расчищен.

‑ Разрешите вести взвод вперед? – обратился ко мне Гапоненко.

Я поглядел на него и чуть ли не ахнул. На его левой щеке, начиная от виска и до подбородка, отстала кожа, как будто ее ошпарили кипяточком.

– Что с тобой? – спросил я с опаской.

Он помялся малость, а ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава позже нехотя ответил:

– Так… Ничего. Наверняка, кислота.

– Откуда она взялась? Кто тебя разукрасил?

– Случаем. Увидел, что ребята тащат вино, и решил навести порядок. Спустился в подвал – все полки от пола до потолка заставлены бутылками. Смотрю, некие товарищи к горлышку прикладываются. Я и начал из автомата крошить по полкам. Бутылки разлетаются, а ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава вино стекает под ноги. Перебил нанизу и отдал очередь по верхней полке… Мне и хлестнуло… Как пилой по сердечку. Еле выкарабкался оттуда… Отлично, что не в глаза, а то бы отвоевался.

– Иди к Лиде, пусть она смажет чем‑или либо перевяжет. Со взводом пойдет Черемушкин, – распорядился я.

Когда Гапоненко ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава остался ожидать санитарную часть, а Черемушкин со взводом ушел вперед, шагавший рядом со мною Ковалев произнес:

– Представляешь, Иван Иванович, если б кто глотнул – пропал бы ни за понюх табака. Нужно с людьми серьезно побеседовать.

Пока мы возились с фрицами в Солотвине, колонну догнал Бакрадзе с ротами ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава. Оказалось, им удалось захватить германский гарнизон врасплох. Быстрой атакой партизаны смяли охранение, захватили орудия и открыли из их огнь по фашистскому штабу в Рассульне. Убили более двухсотен гитлеровцев, два орудия, около сорока автомашин и захватили трофеи…

Чем поближе подходили к Маняве, тем отчетливее вырисовывались горы. Они вроде бы надвигались на нас ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава собственной массивной массой. Скаты горного кряжа, обращенные к нам, практически нагие, обрывистые и только верхушки покрыты лесом.

– Как на нее заберешься без лестницы? ‑ полушутя‑полусерьезно произнес Ванька Хапка, всматриваясь прищуренными очами в горы.

– Если б знал, что придется тут побывать, – обязательно до войны стал бы альпинистом, – сокрушенно произнес Кашицкий ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава.

– Мы‑то на эти верхушки заберемся и без особенной подготовки, как быть с обозом? – рассуждал вслух политрук.

– Ничего ужасного, обоз тоже вытащим, – успокоил я Ковалева, еще не зная, что ожидает нас впереди.

Тем временем колонна пересекла Маняву и головой уперлась в гору. Дорога шла у самой подошвы горы на ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава лево на Надворную, на право повдоль села. Повернули вправо.

– Воздух! Воздух! – помчалось по колонне.

Послышался рокот моторов, и над колонной появились два самолета «Мессершмитт‑110». Обоз и люди сгрудились на узенькой дороге. Сворачивать некуда. Наилучшей цели для авиации и не придумаешь.

Сбросив бомбы над селом, самолеты зашли с ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава хвоста и начали прочесывать повдоль колонны к голове, поливая пулеметным дождиком и наводя кошмар надрывистым ревом моторов. Они летели низковато, чуток повыше крыш домов, и, только прочесав колонну, просто и плавненько взмыли ввысь и отвалили на право для нового захода.

– Не останавливаться, вперед! Только вперед! ‑ надрывая глас, командовал Федя Горкунов.

Ребята побежали ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава, стараясь побыстрее выкарабкаться из села и скрыться в горах. Ездовые, нахлестывая лошадок, на рысях мчались повдоль населенного пт. Но вот передняя подвода резко тормознула, задняя, не успев затормозить, налетела на переднюю.

– Дороги нет. Впереди обрыв! – проорал растерявшийся ездовой Иван Селезнев.

На лево, круто забирая ввысь, змейкой ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава вилась горная дорога.

– Сворачивай!

Началось наше 1-ое восхождение на гору, обозначенную на карте приличным числом – 936. Это значило, что верхушка этой горы находится на девятьсот 30 6 метров выше уровня моря… Темп продвижения резко снизился. А колонна продолжала подходить и скапливаться в Маняве.

Очередной заход самолетов был встречен пулеметным шквалом и огнем бронебоек. Но и ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава сейчас фашистским разбойникам удалось безнаказанно расстреливать колонну с малой высоты.

Падали убитые лошадки и преграждали дорогу обозу. Их стаскивали в сторону, а в повозки впрягали верховых лошадок. Появились убитые и раненые посреди партизан.

При четвертом налете огнем из бронебойки удалось сбить один самолет. Уцелевший набрал высоту ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава и не представлял уже суровой опасности. Ну и этот скоро улетел. В колонне навели порядок и продолжали восхождение на гору.

Узенькая каменистая дорога была очень изрыта дождевыми потоками. Колеса телег то наталкивались на одичавшие камешки, то проваливались в рытвины. Лошадки, привыкшие к равнине, стремительно выбивались из сил. Останавливались через ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава каждые 10‑пятнадцать метров. Справа дороги пропасть, а слева практически вертикально высилась гора. Остановится одна повозка – задерживает всю колонну. На помощь лошадям пришли партизаны. Поднимали повозки и на собственных плечах тащили в гору. Поломавшиеся брички разгружали и сталкивали в пропасть, освобождая дорогу.

Каждый метр приходилось брать несусветными усилиями. А пути, казалось, не ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 25 глава будет конца. Посмотришь – до верхушки рукою подать, стоит только победить сотку метров, взобраться на взгорок, перевалить через него и дело пойдет легче. Но за этим взгорком возникал последующий, еще больше тяжкий. И чем выше, тем ужаснее дорога.


shri-shrimad-a-ch-bhaktivedanta-svami-prabhupada-stranica-31.html
shri-shrimad-a-ch-bhaktivedanta-svami-prabhupada.html
shrift-14-mezhstrochnij-interval-polutornij-abzacnij-otstup-125-mm-polya-levoe-30-mmpravoe-20mmverhnee-20mmnizhnee-20mm.html