ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава

Через некое время гитлеровцы опамятовались, сообразили, что перед ними всего три автомата. Взяли нас под пулеметный и автоматный обстрел, начали обходить слева. Перемещаясь по канаве, мы смогли отразить еще одну атаку противника.

– Стрельба в тылу! – кликнул Костя.

Сейчас и я услыхал несколько взрывов гранат и пулеметные очереди за спиной ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава.

– Будем отходить, – произнес я.

– Ползите, а мы с Остроуховым задержим их, – проговорил Костя.

Я выкарабкался из канавы, отполз метров 10, а потом поднялся и, пригнувшись, побежал в кукурузе на бугор. Сзади раздались два взрыва гранат. «Последние», – помыслил я. На троих осталось у меня две гранаты…

На бугре мы никого не ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава застали. Лазутчики успели пересечь опору и выскочить на примыкающий бугор. Там они повстречались с противником, который наступал с севера.

Поторопились на помощь. Только спустились в ложбину, узрели Лиду Соловьеву. Она отстреливалась из пистолета и маленькими перебежками отходила к нам. Прямо за ней по кукурузе бежали германские бойцы.

– Живой желают ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава взять. Огнь! – кликнул Костя.

Обстреляли гитлеровцев и принудили их залечь.

Лида успела сбежать в опору.

С 3-х сторон слышалась германская речь. С 3-х сторон приближались фашистские цепи. Фашисты утратили нас из виду. Мы пользовались этим и побежали повдоль ложбины на лево. Метров через 100, у извива ложбины, повстречались с дамами ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава, которые работали в поле.

– Куда вы? Там немцы, – приостановили нас крестьянки. – Бегите туда, – указали они на овраг, ответвлявшийся на право.

На расспросы и раздумья не было времени. Резко свернули вправо и скрылись в овраге, поросшем маленьким кустарником. И как раз впору. Оттуда, куда мы бежали, вышло человек пятнадцать гитлеровцев. Они ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава подошли к дамам, о чем‑то спросили. Дамы указали в сторону кукурузного поля. Немцы пошли повдоль ложбины.

Оврагом мы выкарабкались в посевы и оказались в тылу у германцев, которые наступали с севера. Их было человек 30 с броневиком.

Фашисты окончили проческу кукурузного поля и собрались в ложбине. С собой ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава они принесли одиннадцать убитых, положили их в ряд около дороги. Перевязывали покалеченых и звучно говорили, размахивая руками. Видимо, были не довольны тем, что упустили партизан.

Мы пристально смотрели за ними. Никого из наших товарищей посреди их не было. Но из рук в руки гитлеровцы передавали наш автомат. Кто‑то из партизан ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава убит. Перед заходом солнца к гитлеровцам подъехали машины и два броневика. На одну автомашину погрузили убитых, на другую сели оставшиеся. Машины уехали.

– Пойдемте поищем, может, кто из наших остался живой, – произнес Костя, подавленный горем. – Мне все слышится глас Радика. Я наверняка, с разума схожу.

Не только лишь ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава Костя, все мы так себя ощущали. Из 9 человек осталось четыре. Судьба других неведома.

При первом же заходе отыскали трупы Миши Тар‑таковского и Тони. Они лежали практически рядом. У обоих раздроблены черепа. Около Миши валялось несколько 10-ов стреляных гильз.

– Видно, недешево обошлась фашистам погибель Миши и Тони, – произнес Остроухов ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава.

– Бедная Тоня, сейчас для тебя не удалось избежать погибели, – шепнула Лида.

До полуночи прочесывали мы кукурузное поле и посевы в поисках других товарищей. Костя принимался звать Радика. Но Радик, Гапоненко и Аня Василец как в воду канули.

–Будем надежды, что им удалось скрыться, – произнес Костя.

Убитые горем, но с ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава искоркой надежды на наилучшее, покидали мы злосчастное кукурузное поле. Но, как говорится, горе в одиночку не прогуливается. – Куда пойдем? – спросил я товарищей.

–Нужно пробираться на север, – помолчав, ответил Костя. – Уверен, что в Карпаты никто не возвратится.

Такового представления были и мы с Остроуховым. Решили идти на север.

Шли ночами. С ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава рассветом останавливались. Хоронились в посевах, огородах, копнах. Последнюю дневку перед Днестром провели в подсолнухах километрах в 7 южнее Залещиков Тернопольской области. Невдали проходил большак из Черновцев на Тернополь. Весь денек по нему сновали автомашины с войсками и грузами. Мы были безразличны к ним. Не то, чтоб не боялись их. Просто мы утомились ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава страшиться. Это была вялость и физическая, и моральная.

Лида и Миша спали. Мы с Костей дежурили. Прислушивались к шорохам подсолнечных листьев и следили за дорогой. Медлительно тянулось время. Клонило ко сну. Из головы не выходило все, что вышло за последние деньки. Чтоб отвлечься от унылых мыслей, я ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава попросил Костю поведать о для себя. Рассказ он начал издалека.

–Не занимал я больших должностей. Работал настройке в Конотопе и Киеве, а большей частью рядовым колхозником. Перед войной бригадиром назначили. Супруга в шуточку детям гласила: «Вот и наш батько в начальники выбился»… Как она там без меня с детками ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава перебивается? – вспомнив о семье, Костя длительно молчал. Позже опять заговорил: – Недолго пришлось бригадирствовать. Война отстранила от должности. Пришлось сажень поменять винтовкой… Назначили меня ассистентом командира взвода пеших разведчиков. В бой вступил западнее Смоленска, прямо с марша. Оглядеться даже не успели… Полмесяца непрерывных боев. От взвода осталось 6 человек. Другие погибли либо ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава были ранены. В августе полк отвели в тыл, пополнили людьми и направили к Почепу в 13‑ю армию. Опять бои, окружение. Здесь‑то и началось. Пошел с группой товарищей в разведку, а когда возвратился, полка уже не было, прорвался. Больше месяца пробовали перебраться через линию фронта. Не удалось. Осталось нас два ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава человека. Товарищ пристал к брянским партизанам, а я пришел на родину. На Сумщине к тому времени действовали группы Ковпака и Семечки Васильевича. Я поначалу был связным, а с мая 1942 года – в отряде. В бою в Новейшей Слободе был ранен. Поправился, и Горкунов зачислил меня в конную ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава разведку. Вот с того времени и не расстаюсь с разведкой… Сейчас, видишь, как вышло? – окончил Костя.

Длительно лежали молчком, каждый со собственной думой. Я задумывался о Константине Васильевиче Рудневе, так не схожем на собственного старшего брата. Комиссар – высочайший, стройный, с моложавым лицом и темными, как смоль, усами. Очень вдумчивый, всегда ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава сдержанный. Константин Васильевич‑приземистый, с рябоватым лицом и озорным взором, запальчивый и до отчаянности храбрый. Сколько раз налетал он на полицаев и крушил их, не обращая внимания на количество. На реке Тетерев с 2-мя парнишками – Семенистым и Николаевым, – рискуя жизнью, пошел против 2-ух 10-ов фашистов и пленил их. Во время ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава разгрома припятской речной флотилии одним из первых на лодке подплыл к пароходу и был вторично ранен… Много геройских подвигов в его биографии. Комиссару не приходилось багроветь за брата…

Мои размышления оборвал резкий вопль Лиды: «Помогите!» Бросаемся к ней. Лида, бледноватая, с перекошенным от испуга лицом, металась в сонном бреду, пробовала ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава руками за что‑то ухватиться и пронзительным голосом звала на помощь. Разбуженный кликом Остроухов, еще не понимая, что происходит, схватил автомат и изготовился к стрельбе.

– Лида, пробудись, пробудись! Что с тобой? – теребил ее Костя за плечо. Лида продолжала орать.

Тогда он взял в рот воды из ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава фляги и прыснул ей в лицо.

Лида села и уставилась на нас бешеными очами.

– Что с тобой, Лида? Успокойся, – проговорил я.

– Где я? Что это гудит? – спросила Лида, равномерно приходя в себя.

– Что ты, не узнаешь меня? Это я, Костя. А гудят германские машины… Успокойся.

– Ох! – облегченно вздохнула Лида ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава, как будто скинула гигантскую тяжесть. Пропал ужас в ее очах. Она вся обмякла. Обессиленная опустила голову на санитарную сумку и горько зарыдала.

Мы не успокаивали ее. Пусть выплачется. То, что ей пришлось пережить, не всякому мужчине под силу.

Успокоившись, Лида подняла голову. Лицо побагровело, глаза подпухли.

– Страшный сон лицезрела, не к добру ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава, – проговорила она тихим голосом.

– Не обращай внимания, не достаточно ли какая дрянь может присниться, – успокаивал Остроухов.

– Нет, это совершенно не то, – не соглашалась Лида. – Чует мое сердечко недоброе… Помыслить только, приснится же! Замуж возжелала выйти… Пошла к командиру – Сидору Артемовичу – просить разрешения на женитьбу, а он улыбнулся ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава так лаского ну и гласит: «Разве на данный момент время мыслить о свадьбе? Война идет. После войны – пожалуйста, сам не против чарку испить на твоей свадьбе. Только не надевай на женитьбу такового темного платьица. Погибель не люблю черного». Смотрю, а на мне вправду все темное: платьице, чулки, туфли ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава и шаль. Одним словом, в трауре… Побежала переодеться. Откуда ни возьмись овчарка. Вцепилась клыками в мое платьице и тащит вспять… Еле вырвалась. Бегу и вдруг падаю в черную бездонную яму. Вы протягиваете руки, а достать меня не сможете. Все, думаю, погибель. А какое‑то чувство дает подсказку, что это сон ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава, но пробудиться не могу…

– Просто ты, Лида, утомилась, – произнес Костя.

Гнетущее настроение, вызванное злосчастным сном, равномерно рассеялось. Денек подходил к концу. Начали собираться к новенькому переходу.

– У меня две гранаты, – произнесла Лида. – Возьми, Костя, одну.

Костя взял. Я поделился с Остроуховым. Сейчас у каждого было по одной гранате…

Мы выходили за ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава границы Станиславской области. Карты Тернопольской области и восточных областей у меня не было. Единственными ориентирами остались звезды, луна и солнце. Почаще приходилось прибегать к расспросам местных обитателей.

К Днестру подошли глубочайшей ночкой. Резвые воды реки серебрились под лунным светом. Высочайший обрывистый обратный сберегал кидал на реку маленькую ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава черную тень.

В поисках места переправы пошли повдоль берега на лево. Река кипела водоворотами. Мы уже утратили надежду отыскать брод, как вдруг напали на отлично утоптанную тропу. Она подводила к реке и обрывалась у самой воды. Речная гладь рябила. Означает, в этом месте не глубоко. Обратный высочайший сберегал чуток отходил от ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава реки, и в его тени угадывалась маленькая площадка.

– Попробуем перейти тут, – произнес я товарищам.

– Проследим, нет ли кого на том берегу, – порекомендовал Костя.

Минут 20, затаив дыхание, пролежали в кустиках. На обратном берегу мертвая тишь, только где‑то далековато слева слышался лай собак…

Первым в воду вошел ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава Остроухов. Метрах в пятнадцати за ним побрели другие. Дно жесткое, песочное. Вода доходила до груди. Резвое течение норовило сбить с ног. Шли и всматривались в надвигавшуюся на нас черную громадину.

Остроухов вышел из воды, подождал нас и начал подниматься на площадку, примыкавшую к обрывистому берегу. За ним пошла Лида. Я прилег ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава к ключу, бившему из‑под камня. Костя стоял и выкручивал гимнастерку. Не успел я сделать и 2-ух глотков, как услыхал глас Миши: «Стой! Стрелять буду!» Прямо за этим длинноватая очередь из автомата и взрыв гранаты.

Я вскочил и побежал за Костей, который уже торопился на помощь Мише и ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава Лиде. В это время из‑под обрыва в воздух взвились две ракеты, в упор стукнули германские пулеметы и автоматы. Миша упал. Лида успела кинуть гранату и, прошитая очередью трассирующих пуль, свалилась с вытянутой в сторону противника рукою. Мы с Костей залегли и начали отстреливаться.

Не успела догореть 1-ая ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава пара ракет, а в воздухе уже 2-ая. Видно, как деньком. Противник от нас метрах в 20, от Миши и Лиды и того поближе. Германские пули продолжают кромсать уже мертвые тела партизан…

Засада обмыслена очень умно. Гитлеровцы расположились дугой. Правый фланг их уперся в реку, а левый – в вертикальный сберегал. Фашисты могли нас ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава перещелкать еще в реке. Но тогда кто‑или из нас мог уплыть по течению и спастись. Потому они решили дать нам возможность перейти реку и здесь всех убить, а может быть, захватить живыми.

Мы оказались прижатыми к реке. Вперед не прорваться. Отходить за реку, означает, погибнуть. Кидаться в ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава воду? Но одетый, с орудием и раненой рукою далековато не уплывешь в таковой бурной реке.

Остается…

– Последний бой, – произнес я Косте.

– Попробуем уйти, – ответил он – Справа обрывистый сберегал. Ракета угаснет, беги туда…

Не представляя для себя, как буду взбираться по вертикальной горе, я все таки ухватился за это предложение ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава, как утопающий за соломинку. Когда ракета с шипением свалилась в воду и на мгновение повисла тьма; я перешел к горе. Костя бросил гранату и догнал меня.

– Автомат за спину. Держись за меня, – проговорил он, не останавливаясь.

Я ухватился за ремень Кости, и он, как заправский скалолаз, цепляясь за острые камешки, потащил ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава меня ввысь. Через несколько метров начали попадаться кусты. Пробираться стало легче. А когда подъем пошел с наименьшим уклоном, я мог уже без помощи других лезть.

Немцы не увидели нашего исчезновения и продолжали палить в прежнем направлении.

– Лимонка есть? – спросил Костя, как выкарабкались наверх.

– Последняя, – протянул я ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава гранату.

Гитлеровцы закончили стрельбу, столпились около тел погибших наших товарищей, шумели и продолжали запускать ракеты. Они, видимо, считали, что мы утопли в реке. Фашисты сами себя освещали ракетами. Этим пользовался Костя. Он выдернул чеку, секунду помедлил, потом бросил гранату вниз. Взрыв произошел, чуть лимонка задела земли. Послышались стоны и одичавшие клики.

– Сейчас ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава бежим, – предложил я.

Побежали. Минут через 5 пред нами выросла черная стенка леса. Вошли в него. Потянуло сыростью и затхлостью. Чутье давало подсказку, что лес большой. Нужно уйти подальше от Днестра.

Я шел и все задумывался о погибших товарищах. В который раз вспоминалась дневка перед Днестром и сон Лиды. Сердечко ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава ее вещало несчастье. Я далек от предрассудков, но случай с Лидой потряс меня до глубины души… Мы даже не могли похоронить собственных боевых товарищей…

Утро застало нас в глухом лесу. Начал крапать дождик. Наше мрачное настроение дополнялось плаксивой погодой… По деревьям обусловили страны света и взяли ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава направление на север. Несколько часов шли, не встречая ни дорог, ни жилища. В конце концов узрели одинокую хату. До того как подойти, исследовали лес вокруг. Подстерегли, когда вышел владелец, и позвали его.

К нам смело подошел приземистый мужик лет сорока.

– Хороший денек, – произнес он и коснулся правой рукою козырька фуражки.

Мужик оказался ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава лесником. От него узнали, что от Днестра мы отошли всего 10 км. Если отсюда пойти на восток, то в километре будет река Серет, а еще км через 30 – Збруч…

– За Збручем дорог не знаю, бо не був там, – произнес лесник.

– Немцы в ближайших селах есть? – спросил Костя.

– В вёсках ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава нема. Есть в Залещиках, Борщеве и Чорткове, – ответил он.

Лесник сказал, что два денька вспять группа партизан под видом полицейских на подводах проехала через Днестр по мосту. Немцы в Залещиках опамятовались, но было поздно. После чего всех полицейских из районов в срочном порядке увели к Днестру, взяли под охрану мосты ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава и броды. Всех, кто без документов, задерживают.

Этот рассказ пролил свет на беду, которая поняла нас на переправе.

Лесник накормил нас и посодействовал переправиться через Серет.

До Збруча пришлось перенести еще одну неспокойную дневку. Наступал рассвет, а мы оказались в чистом поле. Решили укрыться в огородах. Село еще спало, когда ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава мы забрались в высшую коноплю. Это был маленький участок шагов 30 длиной и столько же шириной. Рядом с конопляником – источник. Из этого источника мы напились и заполнили фляги. В коноплю входили осторожно, не сломали ни одного стебля. И исключительно в середине пришлось примять, чтоб комфортно было лежать.

1-ое дежурство ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава выпало на мою долю. Но случилось так, что никому не пришлось спать. Пришло утро. Из села доносился человеческой говор. Слов нельзя было разобрать. Но вот к источнику прибежали малыши. Их голоса были ясно слышны. Хотя и небогаты были мои зания в германском языке, все таки я сообразил, что малыши ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава говорят по‑немецки.

– Германская колония, – додумался Костя.

Это не веселило. В украинских селах можно было поесть и расспросить дорогу до выхода. В германских колониях эта возможность исключалась. Немцы сразу донесут в полицию. Не считая того, многие из их имеют орудие для самообороны.

Перед обедом в село приехали мотоциклисты, а через ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава некое время прогудели автомашины. Послышались удары колокола. Детки убежали от источника… Улицы загудели, как пчелиный улей. Слышались рукоплескания. Видимо, в селе проводили митинг.

Мы не могли осознать, о чем речь идет. Считали, что немцы разыскивают конкретно нас. Равномерно шум стихал. Люд расползался по домам.

– Сейчас можно отдохнуть, – с ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава облегчением произнес Костя.

Но отдохнуть не пришлось. Послышались мужские голоса и звяканье орудия. По тропке, у самой кромки конопляника, шли два гитлеровца: один с пулеметом, 2-ой с винтовкой и коробкой из‑под пулеметных лент. Затаив дыхание, мы наблюдали за фашистами, ожидали, когда они пройдут мимо нас.

Немцы сели ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава около источника. К ним пришли еще трое. Они говорили, курили, а потом загремели консервными банками. Опустошив содержимое, банки забросили в коноплю, чуть ли не угодив в нас. Пару раз они по надобности входили в коноплю, тогда и наши нервишки напрягались до максимума. Мы готовы были открыть огнь в хоть ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава какое мгновение. Как на зло, мне жутко хотелось курить, но я боялся, что нас могут найти по дыму. Ужаснее того, меня истязал кашель. Два раза я не удержался и тихо кашлянул. Немцы затихли… Позже разразились звучным хохотом. Не увидели…

Так мы лежали весь денек. Только с заходом солнца гитлеровцы ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава ушли в село. Слышно было, как они садились в машины, а потом уехали. И только после чего мы выкарабкались из собственного укрытия и направились к Збручу. Переправились вброд через Збруч, вышли на бугорчатые просторы Каменец‑Подольской области и ощутили себя, как дома.

Стоял погожий август. С полей убирали хлеба ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава. На токах выселись скирды нового урожая. Гудели дробилки. По дорогам пылили машины, увозя зерно на жд станции. Там его грузили в эшелоны и высылали в Германию.

Со времени моего ранения прошло больше 2-ух недель. Рана зажила, можно было свободно стрелять. Я даже и не подозревал, что в руке спрятался ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава осколок, который даст о для себя знать через восемнадцать лет.

– Начнем действовать, – произнес я Косте.

– С чего начнем? – спросил он.

– Со скирд.

– И то дело!

В первую же ночь подожгли 6 скирд на 2-ух токах. Сухие снопы горели, как порох. Во вторую ночь сожгли еще три скирды. Уходя на север, мы ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава оставляли сзади себя горящие факелы. Через два перехода к нам присоединился Андрей Ершов с товарищем. Они при выходе из Карпат пошли в разведку и отстали от собственного батальона.

– Как вы разыскали нас? – спросил Костя.

– По огоньку, – ответил Ершов. – Думаем, кто‑то из наших…

Стало веселее. Сейчас мы ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава не ограничивались поджогом скирд. Разгромили два маслозавода, разбили сепараторы на сборных пт молока. Начали пощипывать полицаев. Каждую ночь группа пополнялась одним‑2-мя партизанами из нашего соединения, которые тоже пробирались на север. Ни какой-то из них не бросил орудия, продолжал вести войну в одиночку.

В один прекрасный момент ночкой ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава мы увидели пожары западнее. Параллельно нам двигалась еще группа. Она тоже уничтожала сбор, не давая способности германцам вывозить его в Германию. Пошли на сближение с этой группой. С каждым переходом расстояние меж пожарами сокращалось. Встреча произошла километрах в 20 юго‑западнее Шепетовки. Мы отыскали еще троих собственных товарищей. Когда вошли в Шепетовские леса ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава, в группе насчитывалось восемнадцать человек.

Далее наш путь проходил по местности, контролируемой партизанами. В партизанском отряде Иванова, который действовал в этом районе, повстречались с группой Осипчука. Группа насчитывала около 30 человек. К всеобщей радости, с ними были Гапоненко и Василец, потерявшиеся во время боя на кукурузном поле.

– Коля, живой! – кинулся ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава к Гапоненко Костя Руднев.

– Как же по другому? ‑ улыбнулся Гапоненко, пожимая руку Кости.

– Радик с вами? – допытывался Костя.

– Нет…

– Что с Радиком? Где вы были? – спросил я. – Мы вас разыскивали.

– Кукуруза выручила, – ответил Коля. – Мы были рядом с Мишей Тартаковским и Тоней. Когда они погибли, мы с Аней ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава отползли в сторону и спрятались. Немцы прошли практически рядом, не увидели… А когда немцы уехали, мы спустились в опору в надежде отыскать вас. Но вас там не было. Остались вдвоем. Решили идти на север по компасу. Через Днестр нас перевез один крестьянин. Он произнес, что некоторое количество дней ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава вспять там на подводах проехала группа партизан… Направились по их следам. Недели две гнались и только около Проскурова настигнули. Это была группа Осипчука. Вот с ними и пришли.

– Что слышно об других?

– Ничего.

– Может быть, они возвратились в Карпаты? – высказал я предположение.

– Не может быть, – произнес Осипчук. – Думаю, через ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава некоторое количество дней придут в Полесье.

Целый денек провели в мемуарах. Мы поведали о собственных похождениях. А к вечеру направились в Полесье. Сейчас нас было около пятидесяти человек.

После нескольких переходов вошли на местность партизанского края. Знакомые места, но как они поменялись. За время нашего рейда не осталось практически ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава ни 1-го уцелевшего села. От местных партизан узнали, что после нашего ухода, в июле, немцы провели карательную экспедицию против партизан. Бросили для этого целую армию. Жгли села, уничтожали население.

Томные бои пришлось выдержать украинским и белорусским партизанам в Полесье… Противник понес огромные утраты, но убить партизан не смог… Их стало ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава еще более.

А с востока накатывалась на германцев неудержимая лавина Русской Армии. Уже были освобождены Сумы, Путивль, Глухов, Конотоп – родина нашего соединения. Русские войска быстро приближались к Днепру. В этих критериях партизаны усилили удары по противнику. Стальная дорога Сарны – Олевск практически бездействовала…

Наша группа отыскала приют в ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава соединении Василия Андреевича Бегмы.

После трехмесячных непрерывных переходов и боев мы отдыхали и ожидали вестей о собственном соединении.

Опять Вкупе!

В конце сентября мы узнали, что в районе Глушкевичей в лес у хутора Конотопа собрались все главные группы нашего соединения. Тут и произошла наша встреча.

К хутору мы подошли вечерком. Еще ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава издалече узрели огромное количество костров. Около их группки партизан.

Штаб размещался в домике среди поляны. Выстроив разведчиков перед домом, я доложил Ковпаку о прибытии группы. Сидор Артемович тепло поздоровался с лазутчиками и произнес:

– Пусть хлопцы отдыхают, а ты зайди в штаб.

Длительно просидел я в штабе, докладывая о похождениях группы ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава. Командир интересовался подробностями боев под Делятином, на кукурузном поле, на Днестре… Когда я окончил доклад, он помолчал, а позже с грустью произнес:

– Означает, и вы ничего не понимаете о судьбе комиссара… Идите, а завтра представьте в штаб подробный письменный отчет о проведенных боях.

Выйдя из штаба ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава, я попал в окружение Лапина, Землянко, Маркиданова, Васи Демина, Королькова и Зяблицкого. Они все пришли с Вершигорой. Разговаривая, мы подошли к костру. Там уже собрались практически все лазутчики.

– Живой, Леша, живой! ‑ отрадно орал Зяблицкий, хлопая по плечу Журова.

– А что со мной сделается! – забавно отвечал Журов.

– Не вижу Миши Остроухова. Где ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава он? ‑ осторожно спрашивает Землянко.

– На Днестре умер… Совместно с Лидой Соловьевой, – отвечает Костя Руднев.

– Как отлично, что мы опять совместно, в родной семье! Сейчас душа на место стала! – торжествовал Журов.

– Что понятно о Семене Васильевиче? – спросил Костя.

При упоминании имени комиссара лазутчики приуныли. Ответа не требовалось. Было ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава понятно, что Семечки Васильевича нет. Удовлетворенность встречи померкла…

– А где Стрелюк? ‑ спросил я после длительного молчания.

– Кости тоже нет, – ответил Сережа Рябченков. – Оставили в одной фермерской семье.

– Как?

– Последний раз мы с ним виделись в Делятине на мосту через Пруток, – начал говорить Сережа. – На шоссе вспыхнул бой. Вы ушли повдоль шоссе, а ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава нас направили на лево, в горы. Я вел лошадка, на которой ехал Костя. В перестрелке меня просто ранило. В ногу… К вечеру собрались на горе, наименования не помню.

На последующий денек разделились на группы. Всех покалеченых соединили в одну группу и оставили в укрытии под охраной десятой роты ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава. Вершигора не желал оставлять Костю и взял с собою.

Пошли на север, переправились через Пруток. Кругом немцы. Ребята несли Костю. Он очень страдал от раны и начал упрашивать, чтоб его оставили где‑нибудь. «Вам и так тяжело, – гласил Костя, – а из‑за меня могут погибнуть товарищи. Ну ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава и для меня будет лучше, если оставите. Терпения нет… Поправлюсь и приду». Петр Петрович длительно не соглашался, а позже отважился.

Стрелюка оставили на Ланчинских хуторах в семье Иваночко. Они пообещали обеспечить уход. Положили на чердак. При для себя Костя оставил пистолет с 2-мя обоймами и припас патронов. На прощание Костя произнес ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава товарищам: «Я вас буду разыскивать в Полесье».

– Костя юноша опытнейший, если никто не выдаст германцам, пока оздоровеет, непременно придет, – уверенно произнес Володя Лапин.

Каждому из нас хотелось веровать, что конкретно так и будет…

Прослышав о нашем возвращении, безпрерывно подходили новые группы партизан. Здоровались, прочно нажимали руки и здесь же ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава присаживались, стараясь устроиться поближе к костру, где пеклась картошка в «мундире». Примчался Саша Тютерев.

– Иван Иванович, друг мой дорогой, дозволь твои ребра пощупать, – гласил он, пробираясь к костру через плотное кольцо партизан. Я поднялся навстречу боевому другу и скоро оказался в его объятиях.

– Но ты, брат, того, ничего, – произнес Саша ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава, отпуская меня из собственных хватких рук. – Иду, слышу, гремят лазутчики. Дай, думаю, заверну на огонек, узнаю, что за торжество. Вдруг вижу тебя… Ну, рассказывай, как здоровье, как рука?

– В норме, – ответил я, – Я уже все пересказал десяток раз. Присаживайся и расскажи, как ты добирался из Карпат и с кем ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава?

– Моя рота шла в группе Ковпака, – произнес Тютерев. – Ну и досталось нам! Только прорвем неприятельское кольцо, глядь, а он уже петлю забросил и норовит затянуть ее. Вырвемся из петли, фриц берет нас в новое кольцо. Да только наш дед похитрее фашистов! Не на такового напали! Он их за ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава нос водил. Где нам прибыльно было – налетали на неприятеля, крушили его. А там, где не под силу – ускользали, как тени… Были и проблемы. В один прекрасный момент во время боя не досчитались начальника штаба Базымы и нескольких партизан. Считали их погибшими. Оказалось, Базыма был ранен в голову. Его выручили ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава Петя Бычков и Сини‑ченко.

– А где Оля?

Он достаточно улыбнулся, помолчал, а потом ответил:

– На Огромную землю выслали… Наследника жду.

Дело в том, что в отряде Тютерев повстречал неплохую даму Олю Воскобойникову. Я вспомнил, как Саша пришел в один прекрасный момент к комиссару, длительно вертелся около него, не решаясь ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава начать разговор. В конце концов произнес:

– Товарищ комиссар, я желаю жениться.

Комиссар не сходу ответил, не спросил, кто та женщина, которую Саша берет для себя в супруги. Он знал ее и одобрял дружбу Саши и Оли.

– Война войной, а любовь оказывается посильнее, – произнес Руднев после некого раздумья. – Я не ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава против, только бы это было серьезно.

– На всю жизнь! – ответил, повеселев, Тютерев.

– В таком случае, как молвят люди в возрасте, благословляю, – произнес комиссар и любознательно поглядел в глаза отважному партизану.

Со времени этого разговора прошло около года. Оля совместно с боевыми товарищами переносила все невзгоды партизанской жизни. Участвовала в ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава боях, ухаживала за ранеными, прогуливалась с нами в Карпаты, но по возвращении ее пришлось выслать на Огромную землю… Забегая вперед, вынужден огласить, что у Оли и Саши родился отпрыск, которого они окрестили Виктором Карпатским в честь самого сложного партизанского рейда.

– Он тоже учавствовал в этом рейде, ‑ шутили ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава после партизаны…

Разговор у костра то стихал, то вновь оживлялся. Каждому хотелось высказать все, что накопилось на душе. И только поздней ночкой страсти разведчиков, вызванные встречей, равномерно поутихли. Многие разошлись по лагерю, разыскивая друзей из других подразделений.

Из рассказов партизан мы узнали, что после выхода из гор Сидор ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава Артемович Ковпак по радио дал распоряжение всем группам следовать на север в Полесье. Даже маленькие группы, которые не имели радиосвязи с командиром, предугадывали такое решение и пробирались на север. Противник настигал, окружал, но ничто не могло приостановить народных мстителей.

Около 2-ух месяцев геройски пробивались ковпаковцы из Карпат в Полесье. Охватив ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава полосу в двести 50 км, сметали на собственном пути маленькие германские гарнизоны, крушили полицейские участки и немецкую администрацию, уничтожали узлы связи и маслозаводы, жгли скирды нового урожая…

Самую крупную группу вывел Вершигора. По пути они зарастали партизанами, оторвавшимися от других подразделений. Искусно маневрируя, обманывая неприятеля, Вершигора и Войцехович, назначенный начальником штаба, выводили ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава из‑под удара свою группу и в Полесье привели выше 600 человек.

Не считая главных сил, 10-ки маленьких групп и одиночек продолжали собираться в течение месяца. Многие не знали ни маршрута, ни сборного пт, но шли, повинуясь партизанскому чутью и многомесячному боевому опыту. Невидимые нити связывали их со своим ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава подразделением, отрядом, соединением. Все приходили с орудием. Многие приводили с собою пополнение.

Одной из таких групп была и наша группа в 40 восемь человек.

Таким макаром, решение Ковпака выходить из Карпат «давыдовским маневром» на практике оправдало себя. Заместо 1-го соединения появилось 6 более маневренных и неуловимых отрядов. Не считая 6 главных, действовали 10-ки ШУМЕЛ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС 31 глава маленьких групп.


shrift-soveti-po-ispolzovaniyu-shriftov-referat.html
shrifti-v-tablo-begushaya-stroka.html
shrila-prabhupada-o-raspade-gaudiya-matha-i-posleduyushih-sobitiyah.html